Выберите дату
01 мая 2009
Увеличить шрифт Уменьшить шрифт На печать

Памяти Евгении Мирошниченко

В ночь на 27-е апреля на 78-м году жизни в Киеве умерла выдающаяся оперная певица, педагог, народная артистка СССР и Украины, лауреат Государственной премии СССР, Герой Украины Евгения Семеновна Мирошниченко. Панихида состоялась в помещении Национальной оперы. По старой театральной традиции артистку проводили в последний путь аплодисментами. Похоронили Евгению Семеновну на Байковом кладбище. Мысленно прощались со своей землячкой, Почётным гражданином любимого ею города, в который она всегда возвращалась с радостью, и мы, харьковчане.

«Сейчас я вашу филармонию разнесу!!! Кто распорядился не пускать студентов???!!!». Слегка опешив, узнавая и не узнавая, смотрю на совершенно разъярённую и продолжающую яростно, в достаточно резкой форме, высказывать свои претензии невысокую женщину. Да если бы просто женщину... Легенду! Легенду оперной сцены, обладательницу «волшебного», как его называли, голоса, уникального по красоте и диапазону лирико-колоратурного сопрано, которому рукоплескал весь мир. Казалось, этот самый голос действительно вполне самостоятельно, без какой-либо помощи, справится с разрушением многострадальной Харьковской филармонии. Чего мне, тогда художественному руководителю этого благословенного заведения, допустить ну никак не хотелось. Что-либо возражать казалось бессмысленным — с таким же успехом можно было пытаться остановить едущий на полной скорости поезд. Как-то всё-таки успокоила разбушевавшуюся стихию, пообещав безотлагательно разобраться, решить, принять меры... Буря улеглась так же неожиданно, как и разразилась. Евгения Семеновна Мирошниченко (а это была именно она) с подчёркнутой вежливостью, с улыбкой, начала убеждать — меня! — не волноваться. Вопрос мы, конечно, быстро решили, защищаемые артисткой студенты заняли места в зале. Тогда, год назад, она приехала в Харьков, чтобы председательствовать в жюри конкурса молодых исполнителей-вокалистов — перед гала-концертом лауреатов и произошли описываемые события. Хотя мне и раньше, ещё в качестве журналиста, приходилось встречаться с Евгенией Семёновной, этот эпизод особенно врезался в память, потому что достаточно красноречиво характеризовал её. Бескомпромиссность, резкость, умение быть острой на язык, но всегда — ради дела... И доброта, способность увлечь своими идеями, высочайший профессионализм — наверное, такой она запомнилась и своим ученикам, многие из которых разлетелись сегодня по всей Европе.

Путь её в искусство был непрост, моментами непредсказуем. Ну, кто мог предположить, что девочка, родившаяся в 1931 году в селе Советское Волчанского района Харьковской области и попавшая после освобождения города в категорию «детей погибших отцов», а потому направленная вместе с такими же детьми в Харьковское специализированное ремесленное училище, когда-нибудь станет славой мировой оперной сцены? Что руководитель фабзавучского хора случайно услышит в общежитии её пение и заставит непокорную студентку ходить на репетиции, с которых она, кстати, неоднократно сбегала? И что в 14-летнем возрасте эта обладательница удивительного (что для многих было уже тогда очевидно) голоса выступит в Кремле, перед «вождём народов», а он будет стоя аплодировать юной артистке, простив ей то, что она от волнения перепутала куплеты?

Действительно, некоторые факты биографии Евгении Мирошниченко не могут не удивлять. Например, то, что она с тремя классами образования поступила-таки в Киевскую консерваторию. И нашлись люди, которые буквально заставили её эту консерваторию закончить, несмотря на то, что студентка, отчаявшаяся распутать клубок «хвостов», решила вообще бросить учёбу. А в 1957-ом, сразу по окончании класса замечательного педагога, консерваторского профессора Марии Донец-Тэссейр, Евгения была принята в Киевский театр оперы и балета, дебютировала в роли Виолетты в вердиевской «Травиате». В 1961 году Мирошниченко стажировалась в миланском La Scala у Эльвиры дель Идальго. А потом — стремительный взлёт, растущая мировая слава. С сольными концертными программами и оперными партиями Евгения Мирошниченко гастролировала на сценах театров и концертных залов бывшего СССР, стран Европы, Ближнего Востока, Канады, Японии, Китая. Лючия в «Лючии ди Ламмермур» Доницетти, Царица Ночи в «Волшебной флейте» Моцарта, Манон в «Манон» Массне, Джильда в «Риголетто» Верди, Марфа в «Царской невесте» и Шемаханская царица в «Золотом петушке» Римского-Корсакова, Розина в «Севильском цирюльнике» Россини — перечень спетых ею партий (а к тому же и блестяще сыгранных, поскольку артистка обладала и ярким драматическим даром) можно продолжать долго.

Несомненно, артистическая судьба её была счастливой — Евгению Мирошниченко любили зрители. Благосклонно относились и власть предержащие, что, впрочем, особых дивидендов ей не принесло. В отличие от иных «звёзд» подобного уровня не только в дальнем, но и в ближнем зарубежье, жила достаточно скромно — особенно после 90-го, когда приняла опять-таки бескомпромиссное, нелегко дающееся любому артисту решение уйти из театра. Уйти, не дожидаясь, когда начнёт подводить голос, когда возраст героинь придёт в трагически нелепое несоответствие с уже и так достаточно солидным возрастом певицы. «Лебединой песней» Евгении Семёновны стала всё та же «Травиата». Почитатели оперного искусства и сейчас, спустя почти 20 лет, вспоминают этот удивительный спектакль. Спектакль-вызов всем недоброжелателям, желающим насладиться её провалом в несоответствующей возрасту роли, в которой когда-то была признана «лучшей Виолеттой в Европе». Партию Альфреда исполнял ученик Мирошниченко, молодой артист Михаил Дидык. Знакомая всем нам история прекрасной увядающей «камелии» приобрела совершенно неожиданный оттенок, превратившись в рассказ о последней страсти неумолимо стареющей женщины к мужчине, не только выше её стоящему на социальной лестнице, но и к тому же сильно отличающемуся по возрасту... Рассказывали, зал плакал, прощаясь не только с героиней, но и с великой артисткой, уходящей со сцены непобеждённой. Не случайно тогда говорили — мол, «уходит эпоха».

А Евгения Мирошниченко продолжила начатую ещё до ухода из театра, в 1980-ом, преподавательскую работу в родной ей консерватории. И весь свой бурный темперамент направила на воспитание молодых талантов. Ох, и доставалось же порой её ученикам! Правда, сейчас они говорят — снова-таки, по делу. Что ж, характер Евгении Семёновны никогда не отличался лёгкостью и покладистостью. Зато и результаты говорят за себя сами — сколько блестящих мастеров оперной сцены, лауреатов престижных конкурсов подготовила за годы преподавания! Только в Национальной опере работает тринадцать человек. И все — яркие индивидуальности.

В последние годы немало сил и энергии было отдано артисткой идее организации в Киеве Малого оперного театра. Она беспокоилась за будущее оперного искусства Украины, старалась реальными действиями воспрепятствовать отъезду талантливой молодёжи, значительно больше востребованной за рубежом, чем в своей стране. Кто знает, как сложится теперь судьба её последнего детища, из-за которого Евгении Семёновне приходилось оббивать, зачастую понапрасну, чиновничьи пороги, писать бесчисленные письма, продираясь сквозь равнодушие и непонимание, доказывая, что не «попсою единой» питается душевный мир наших современников, что не пресловутый Поплавский должен быть эталоном национальной культуры?

Те, кто собрался проводить в последний путь Евгению Мирошниченко, говорили о вине перед ней. О том, что чего-то, как это обычно бывает, не успели, недодали, недовысказали... А потом, перекрывая звуки похоронного марша, звучали аплодисменты, переходящие в овацию, и крики «браво». Как будто свидетельствовали — лучшим памятником артистке будет совсем не тот, на который выделил деньги (спасибо на добром деле, что, впрочем, положено по закону всем Героям Украины!) Кабмин. Таким памятником может стать только театр, о котором мечтала Евгения Семёновна и за который со всем пылом боролась до последних своих дней.

Инга Долганова

Опубликовано: Редакция в 10:52 01.05.2009. Метки: , .
Add to Google